12.10.2009 16:01 | Ну, и какой ты, Эдуард Кокойты?

Президент независимой Южной Осетии независим от собственного народа

 После того как до Запада понемногу дошло, что войну в Южной Осетии начала все-таки Грузия, европейская пресса сделала компромиссный вывод: «Да, у нас появился свой сукин сын – Саакашвили. Но зато у России их теперь целых два – Багапш и Кокойты». В Осетии с этим согласны только отчасти:

– Да нет, Багапш – молодец, сумел привести Абхазию к независимости ценой чужой, а не собственной крови. Наша республика и пострадала, и свободу получила только благодаря России, а не тому человеку, который во время войны сбежал в Джаву.

Впрочем, сам югоосетинский президент любит показать себя верным сыном родного народа. Он даже фамилию свою переделал на осетинский лад. Говорят, у него есть несколько паспортов. По одному он – Кокоев Эдуард Джабеевич (как и в его свидетельстве о рождении), по другому – Кокойты Джабейы фырт Эдуард. Но в Цхинвале многие зовут его просто Джабелич, по отчеству.

О личной жизни Джабелича известно очень мало. А ведь у него не только три сына, но и две жены (грузинка и осетинка). Недвижимость в Москве, Питере и Владикавказе. Говорят даже о домике на Апеннинах. Причем за границей у Кокойты есть и родня. Все помнят о девочке с тетей, которых закашлял американский телеведущий, но мало кто обратил внимание на их фамилию – Кокоевы.

– Мы – очень маленькая нация, – поясняют осетины. – У нас нет однофамильцев, у нас только родственники.
Из числа этих родственников Кокойты-Кокоева в Цхинвале состоит почти вся госохрана. Они занимают ключевые места в парламенте, правительстве, прокуратуре.

Водочный король

Независимому президенту независимой Южной Осетии почти 44 года. Родился и вырос он в Цхинвале. У его родителей здесь квартира на улице Ленина. Отец Джабе Гаврилович до сих пор следит за местной котельной, мать Демо Пухаева разводит кроликов и кур.
– Они себя ведут, как и прежде, – рассказала соседка Татьяна Габараева. – И Эдик без «здравствуйте» не пройдет.

Здание находящейся рядом школы №5, где Эдик учился, после 8 августа не узнать. Ходят разговоры, что грузины разрушили ее именно потому, что здесь набирался ума Кокойты. Силы он набирался уже на факультете физкультуры местного пединститута, став к тому времени чемпионом Грузии по вольной борьбе среди юношей.

– Бытует мнение, что студенты спортфака умом не блещут, но Эдуард Джабеевич был институтским комсоргом. А двоечнику такую должность не доверили бы, – считает его преподаватель Мира Цавребова.

Комсомольское амплуа Кокойты сохранил и после института, к 1991 году получив кресла 1-го секретаря Цхинвальского горкома ВЛКСМ и депутата республиканского масштаба. А потом Союз развалился и началась грузино-осетинская война.

По официальной биографии, Кокойты «во время событий грузино-осетинского противостояния создал и возглавил боевой отряд защитников Осетии. Этот отряд вошел в состав боевой группы Гри Кочиева».

Тяжелоатлет Гри Кочиев был душой осетинской обороны, вот только Кокойты в ближайшем окружении командира на самом деле было не заметно. Где он себя проявил, так это в России, куда после войны подался делать деньги. В то время в московском бизнесе были востребованы кавказские парни со связями и боевым прошлым. Главным источником дохода для будущего президента стали поставки в столичные ларьки осетинской водки. Бизнес оказался столь процветающим, что в феврале 1997-го первый глава Южной Осетии Людвиг Чибиров назначил Кокойты торгпредом республики в России. Тогда он еще не знал, что растит своего конкурента.

Охотник на врагов народа

На выборах 2001 года Кокойты обошел и Чибирова, и лидера осетинских коммунистов Кочиева. Поддержку ему оказали популярные в Цхинвале братья Тедеевы (Ибрагим – председатель комиссии по правам человека и бизнесмен, а Дзамболат – чемпион мира по вольной борьбе и главный тренер сборной России).

– Знаете, где находился его предвыборный штаб? В Школе высшего спортивного мастерства имени Дзамболата Тедеева, – вспоминает сам Дзамболат. – А знаете, где он тогда жил? У моих родителей. А знаете, в честь кого он назвал своего сына Дзамболата? Догадайтесь! А что произошло после выборов? Ко мне пришли министр обороны, начальник госохраны и сказали: «Ты должен уехать, ты президенту не нравишься!» Я что, преступник? Против меня заведено уголовное дело?

Периодически не нравились Кокойты и другие осетинские чиновники и политики. Кадровые зачистки в местном правительстве стали рутиной. В Цхинвале даже возродился термин – «враг народа». Им стали называть всех, кто был не согласен с линией по усилению клана Кокойты.

– Где министр обороны? Умер, задохнулся газом, – продолжает Тедеев. – Где министр финансов? Погиб очень странно. Где мой брат? Застрелен. Что случилось с министром образования и председателем суда? Что с начальником КГБ? Полгода просидел без возбуждения дела. Министр юстиции был избит госохраной. Избиение депутатов – вообще обычное дело. Зато когда у моей одноклассницы изнасиловали и задушили сестру – убийцу быстро отпустили на свободу, ведь он оказался близок к Кокойты. Стоит ли удивляться, что у Грузии есть марионеточная осетинская администрация во главе с Дмитрием Санакоевым, бывшим соратником Кокойты. Санакоев конченый человек, но ведь раньше к грузинам никто не бежал. Как же надо довести осетина, чтобы он к Саакашвили переметнулся! А все потому, что закона в республике нет.

Обреченный политик

Закон в Цхинвале носит фамилию Хугаев – мало того что прокурор, он еще и брат жены родного брата президента, что гораздо важнее. Брат Кокойты Роберт в республике считается очень влиятельным человеком, и прежде всего это влияние оказывается на президента.

Контрабанда, рэкет, пьяная стрельба – все это здесь связывают с именем неприкасаемого Роберта Кокоева. Эдуард несколько раз деликатно ссылал брата в Москву, но тот постоянно возвращался в Цхинвал, и в республике вновь начинались избиения и чистки. Теперь Роберт получил новое назначение – послом в Сухум, но, вздыхают осетины, вряд ли он задержится там надолго. В Южную Осетию в последние месяцы из Москвы идут такие деньги, что только карман раскрывай.

– Нам говорят: «Мы сформировали бюджет». Где они его сформировали – в Кремле? – удивляется экс-премьер Южной Осетии Олег Тезиев. – В прошлом году у них бюджет был 647 млн рублей, из которых собственный доход – только 47 млн. А сегодня бюджет Южной Осетии – 2,5 млрд, а вместе с объездной дорогой и газопроводом – до 4 млрд. Деньги выделяются, но следы этих инвестиций незаметны. Не создано ни предприятий, ни фермерских хозяйств.

– Вы знаете, сколько в Цхинвале было построено бомбоубежищ, – продолжает Тедеев, – которые нужно было строить в первую очередь? Ни одного! Люди прятались в подвалах и там же гибли.

Но когда говорят пушки, бухгалтеры молчат. Теперь, если в Москве полюбопытствуют, куда испарились финансы, всегда можно кивнуть на руины. И обвинения Саакашвили, что именно Кокойты спровоцировал войну обстрелами грузинских сел, не кажутся таким уж пустым звуком.

– Саакашвили и Кокойты достойны друг друга, – шепчутся в Южной Осетии.
Здесь многое готовы простить: и диктаторские замашки, и подозрения в воровстве, и не всегда правдивые слова. Но здесь хорошо запомнили то, как Эдуард Кокойты при первых же звуках грузинской канонады бросил город и укатил раздавать интервью в безопасную Джаву.

В другой ситуации политик с такой репутацией был бы уже обречен. Но сейчас на стороне президента Южной Осетии – Москва. А значит, Кокойты был, Кокойты и остался…

http://www.sobesednik.ru/archive/sb/36_2008/kokoyty_karyera/